«МРАМОРНЫЙ ДВОРЕЦ ИЛИ ДВОРЕЦ ТРЁХ КОНСТАНТИНОВ»
Шедевр архитектуры раннего екатерининского классицизма; первое здание в Санкт-Петербурге, фасады которого облицованы естественным камнем; самое итальянское здание города, в котором ощущается дух флорентийских ренессансных палаццо; один из самых изуродованных в советское время и одновременно один из немногих сохранивший подлинные интерьеры. Всё это Мраморный дворец.
При Петре I на месте, где сейчас находится Мраморный дворец, располагался построенный в 1714 году по проекту Доменико Трезини Почтовый двор («Почт-гаус») с пристанью для двух «почтовых фрегатов», совершавших регулярные рейсы между Петербургом, Данцигом и Любеком. Сюда в 1716 году из Италии прибыли отец и сын Растрелли. На Почтовом дворе Ж. Б. Леблоном была открыта архитектурная школа, где учился, а затем преподавал архитектор М. Г. Земцов. Пожар 1737 года уничтожил Почтовый двор. Выжженное место расчистили, а этот участок назвали «Верхней набережной площадью».
Площадка, ставшая продолжением Марсова поля, довольно долго пустовала и лишь в 1768 году по велению Екатерины II приступили к строительству дворца, предназначавшегося в качестве подарка её фавориту Григорию Григорьевичу Орлову. На фасаде здания императрица намеревалась поместить надпись золочёными буквами: «Здание благодарности» (благодарность за помощь в возведении на трон Императрицы).
Дворец строился очень долго. Он был заложен заложен 10 октября 1769 года, а окончен в 1785 году. За время строительства Орлов перестал быть фаворитом (его сменил Потемкин), жениться, овдоветь, сойти с ума и умереть в 1783 году, так и не дождавшись окончания строительства. Но успел отблагодарить Императрицу за подарок. Должен не остался. Ответным жестом графа стал огромный персидский бриллиант «Надир-шах» массой в 199 карат и стоимостью 460 000 рублей.(Есть версия, что деньги выделила Екатерина II, Орлов только договаривался, торговался и расплачивался). Цена драгоценного камня совсем немного не дотянула до стоимости самого дворца (около 500 000 рублей).Сейчас этот бриллиант известен под названием «Орлов».
Архитектурный надзор осуществляли Антонио Ринальди и Пётр Егоров. На строительстве Мраморного дворца ежедневно трудились около 100 каменщиков и от 100 до 300 артиллерийских фузилеров. Екатерина II периодически посещала строительную площадку и лично награждала особо отличившихся работников. Огромные плиты мрамора и гранита доставляли по Неве. Их сюда начали завозить уже в 1768 году. Белый мрамор привозили из Италии, это оказалось дешевле чем везти его с Алтая или Урала. Остальной же облицовочный материал добывали в карьерах Карелии, Эстляндии, Екатеринбурга, около Ладожского озера. Кирпичные своды и стены построили в 1769 году, после чего началась первичная обработка природного камня. Эта работа осуществлялась в 1770-1774 годах. В 1774 году приступили к отделке фасадов Мраморного дворца мрамором и гранитом, к отделке внутренних помещений.
Нижнюю часть фасада Мраморного дворца облицевали гранитом, а вместо штукатурки по предложению архитектора для облицовки стен было решено использовать 32 сорта мрамора.
Ринальди проявил себя в этой постройке как истинный живописец архитектуры, используя вместо красок палитру цветных мраморов. Нижний этаж здания облицован суровым гранитом, два верхних этажа, объединённых большим коринфским ордером, оформлены пилястрами из розоватого тивдийского мрамора из Карелии, контрастирующего с голубовато-серым рускеальским мрамором из каменоломен в Финляндии. Такая нежная перламутровая гамма, прекрасная и в яркий солнечный день, и в пасмурную погоду, несколько потускнела по причине эррозии поверхности от времени и агрессивной городской среды. Но в дождь, когда влажный мрамор становится неожиданно насыщенным по цвету, на фоне серого неба и свинцовой невской воды, замысел Ринальди предстаёт во всей красе.
В 1780 году засыпали Красный канал, соединявший Неву и Мойку, который проходил на месте двора между главным и служебным зданиями. Между домами установили решётку работы П. Е. Егорова, напоминающую ограду Летнего сада, на столбах розового гранита с мраморными вазонами.
На аттике установили башенку с часами. По сторонам от башни поместили две фигуры работы скульптора Ф. И. Шубина — Верность (справа) и Щедрость (слева). По всему периметру парапета кровли установлены 86 декоративных вазонов из светлого доломитового известняка.
Для кровли в Сестрорецке изготовили медные листы. Их подгонка и пайка была проведена так тщательно, что крыша не знала протечек вплоть до ремонта 1931 года. Незадолго до завершения работ со строительных лесов упал и получил тяжёлые травмы Антонио Ринальди. Не дождавшись окончания возведения Мраморного дворца, он уехал из России в Италию.
Внутренний интерьер помещений дворца поражает богатством и роскошью. Яркой особенностью внутренней отделки является использование агата. По проекту А. Ринальди интерьеры залов по стилю исполнения должны были повторять оформление внешних фасадов здания. Изначально во дворце находились около 206 шедевров живописи работы Рембрандта, Тициана, Рафаэля, Корреджо, Пуссена, Гроота, ван Дейка и других.
ПЕРВЫЙ КОНСТАНТИН.
Но, когда строительство и внутренняя отделка были полностью закончены жить там было некому. Екатерина II подарила его своему шестилетнему внуку Великому князю Константину Павловичу. Более чем 10 лет здание пустовало. Великий князь поселился во дворце только после бракосочетания с принцессой Юлианной-Генриеттой-Ульрикой Саксен-Кобург-Заальфельдской, в православии Великой княгиней Анной Фёдоровной в феврале 1796 года. Невесте было 14 лет, жениху 16. Константин Павлович вёл себя ужасно. Во дворце устраивались постоянный пьяные оргии, от которых молодая жена не знала куда спрятаться. Развлекался Константин Павлович тем, что сажал миниатюрную Анну Фёдоровну в напольную вазу, из которой та не могла выбраться несколько часов и начала задыхаться от недостатка воздуха, стрелял по ней из пушки живыми крысами (не представляю как он это осуществлял технически). Потом у него начались приступы ревности к брату Александру Павловичу, по причине которой он выворачивал руки супруге как на дыбе. И заразил её венерическим заболеванием. В августе 1796 года после очередной выходки Екатерина приказала посадить женатого внука под арест и в конце концов выселила его из Мраморного дворца под свой личный надзор. В 1801 году Анна Фёдоровна, испросив высочайшее разрешение поехать в Саксен-Кобург, навестить болеющую мать, бежала из России. Развод она получила лишь в 1820 году.
Екатерина II умерла в ноябре 1796. В это время сначала в Комендантском доме Петропавловской крепости, потом в доме Штегельмана на набережной Мойки находился раненый лидер польских повстанцев Тадеуш Костюшко. Лечением занимался лейб-медик Императрицы. В 1796 году Костюшко поселили в Мраморном дворце, откуда его освободил сразу после смерти матери Павел I.
В 1797 году во дворце поселили опального польского короля Станислава Августа Понятовского. Он прожил там всего год, до своей смерти в 1798 году. Из Мраморного дворца его со всеми почестями похоронили в костёле Св.Екатерины на Невском проспекте. За год жизни во дворце он успел устроить несколько балов и приёмов. Своим гостям «соломенный» король жаловался на тесноту, в которой вынужден жить.
После смерти Екатерины II Великий князь Константин Павлович вернулся в Мраморный дворец, где весело прожил до 1814 года, когда переселился в Царство Польское. Больше в Санкт-Петербург он не возвращался. Дворец формально принадлежал ему, но стоял вновь опустевшим.
![](https://fra1.digitaloceanspaces.com/blog.ruskontur/wp-content/uploads/2023/09/22997_1.jpg)
![](https://fra1.digitaloceanspaces.com/blog.ruskontur/wp-content/uploads/2023/09/22997_2.jpg)
![](https://fra1.digitaloceanspaces.com/blog.ruskontur/wp-content/uploads/2023/09/22997_3.jpg)
![](https://fra1.digitaloceanspaces.com/blog.ruskontur/wp-content/uploads/2023/09/22997_4.jpg)
![](https://fra1.digitaloceanspaces.com/blog.ruskontur/wp-content/uploads/2023/09/22997_5.jpg)