Лонгин Михайлович Чичуа

Первый бой Добровольческой армии на Кубани и смерть князя Чичуа.
105 лет назад, 14-го марта 1918-го года под станицей Березанской разыгрался первый бой Добровольческой армии на Кубани.
К тому моменту добровольцы уже прошли станицы Плотскую, Незамаевскую, Веселую, Новолеушковскую, Ирклиевскую, а также несколько кубанских хуторов. Везде их встречали как освободителей, станичные атаманы подносили хлеб с солью, местные казаки и казачки радушно угощали в своих куренях, а некоторые станичники даже вступали в армию.
В богатой станице Незамаевской части остановились на отдых, который совпал с масленицей и был проведен в праздничной обстановке. Молодость и жизнь брали верх над войной и смертью, офицеры кружились в танце с сестрами милосердия и местными казачками.
На следующий день, 10-го марта части двинулись дальше на станицу Веселую, после дневки в которой предстояло пересечение железной дороги на участке между узловыми станциями Тихорецкая и Сосыка.
Обе станции были заняты превосходящими силами большевиков, однако вопреки опасениям все прошло просто идеально. Конная команда подрывников с двух сторон грамотными взрывами уничтожила полотно, таким образом снаряды с красных бронепоездов Жлобы не долетали.
Вскоре колонна Добровольческой армии благополучно пересекла железную дорогу и устремилась к станице Новолеушковская, где уставшие люди заночевали. На следующий день добровольцы заняли станицу Ирклиевскую и остановились на суточный отдых.
Здесь генерал Корнилов получил сведения от казаков, сообщавших о том, что станица Березанская занята большевиками, которые соорудили оборонительные укрепления в виде пяти линий окопов и насильно согнали туда местных жителей, имея и без того в станице крупные силы.
Утром 14-го марта Добровольческая армия выдвинулась им на встречу, впереди в авангарде на этот раз вместо Офицерского полка шел Корниловский полк. Красные встретили его ураганным огнем. Не смотря на это, шедшая впереди 2-я рота под командованием 25-летнего князя Лонгина Чичуа рассыпавшись в цепь, бросилась в атаку.
В это время прискакал Корнилов и приказал командиру Корниловского полка Митрофану Неженцеву сойти с дороги, обойти справа окопы красных и ударить им во фланг, в лоб и с другого фланга их приготовился атаковать полк генерала Маркова. Здесь же гарцуя на лошадях, готовились к атаке кавалеристы дивизиона Гершельмана.
Однако большевики уже побежали, они не выдержали удара корниловцев и бросая винтовки, повалили толпой обратно в Березанскую. Никто не хотел погибать за комиссаров, которые помня о судьбе красных в Лежанке, первыми ускакали, бросив позиции.
Станица была взята с минимальными потерями, но на лицах корниловцев не было радости. В первые минуты боя смертью храбрых пал командир 2-й роты Корниловского полка штабс-капитан Чичуа.
Еще совсем недавно молодой князь звеня веселым и приятным смехом, шутил в разговорах со своими офицерами и сестрами милосердия, а вот теперь сраженный неприятельской пулей, он лежал в открытой степи, его красивые глаза смотрели мертвым взглядом в небо.
Узнав о смерти командира, будущий летописец Белого движения Роман Гуль направился на его поиски, вскоре он увидел убитого штабс-капитана и плачущую возле него сестру милосердия Дину Дюбуа.
Вдвоем они положили тело Лонгина Чичуа через седло и повезли в освобожденную станицу Березанскую, а оттуда уже на подводе дальше на Выселки, где на следующий день также загремел бой. Корниловцы забрали тело своего командира и позже похоронили его по пути.
В тот день никому не верилось, что не знающего страха в сражениях, дружелюбного и простого в общении молодого князя больше нет в живых. Первопоходники его таким и запомнили — веселым и смешливым, храбрым и живым. Он не умер, он просто ушел в атаку и не вернулся обратно, ведь добровольцы не умирают, они просто растворились в свободном от большевиков будущем, за которое сражались и без тени сомнения отдали свои жизни.
Мне удалось по крупицам из различных источников восстановить историю короткой, но при этом героической жизни Лонгина Чичуа:
Окончил Лонгин Михайлович с отличием Александровское юнкерское училище уже после начала Первой Мировой и 1-го октября 1914-го года был произведен в подпоручики. Сразу по окончании училища он отправился на фронт в составе 4-го Туркестанского стрелкового полка, где вскоре зарекомендовал себя талантливым и храбрым офицером.
В начале 1915-го года в районе Минска развернулись ожесточенные бои, у обескровленных войной русских частей не хватало боеприпасов, после первых успехов начиналось постепенное отступление, вызванное объективными причинами.
Именно в те дни, в тяжелой боевой ситуации, 22-го февраля в сражении у деревни Пень-Поле, расположенной неподалеку от Минска, подпоручик Чичуа под ураганным огнем германцев поднял в атаку дозорную цепь своей роты, с ней он преодолел три полосы проволочных укреплений противника и захватил окопы германской пехоты.
При этом князь лично уничтожил пулеметный расчет, ведший прицельный огонь по наступающим русским цепям, после чего взял сам пулемет в качестве трофея. За этот подвиг Лонгин Чичуа был удостоен своей первой боевой награды — высшего военного ордена Российской Империи — ордена Святого Георгия 4-й степени.
Во время отступления молодой офицер проявил себя геройски, он всегда до последнего удерживал позиции и никогда не оставлял их без приказа. В феврале он был произведен в поручики.
Вскоре снарядный голод был окончательно преодолен, русская армия вновь наступала и тут князь обрел свою стихию, преследуя отступающего противника, а в начале сентября 1916-го года на его кителе к ордену Святого Георгия за ряд доблестных подвигов присоединился еще и орден Святой Анны 4-й степни с надписью «За храбрость».
19-го октября князь Чичуа был произведен в штабс-капитаны. Казалось, что все трудности уже позади, победа не за горами, а вслед за нею прекрасная мирная жизни, успешная военная служба в столице и всеобщая любовь красивых дам. Однако всему этому не суждено было сбыться, великая Империя рухнула, превратившись за несколько дней из непобедимой державы в груду обломков.
Вскоре даже сторонникам республиканских преобразований стало окончательно понятно, что Россия катится в пропасть. Летом 1917-го года Временное правительство предприняло последнюю попытку начать наступление, однако к тому моменту армия фактически разложилась, ее убил печально известный приказ за номером один. Рассчитывать Командующий мог только на ударные добровольческие отряды.
Штабс-капитан Чичуа одним из первых прибыл в распоряжение одного из таких отрядов. Он уже успел после февральского переворота вновь проявить себя даже среди всеобщего развала и был награжден орденом Святого Станислава 2-й степени с мечами, но глядя на невиданный позор братания, жить больше не хотелось.
Молодой аристократ, русский офицер и мигрельский князь Лонгин Чичуа попросил принять его в ударный отряд при 8-й армии, позже развернутый в знаменитый Корниловский полк под командованием вначале капитана, а затем подполковника Митрофана Неженцева.
Он оставался на фронте до последнего, а после прихода большевиков к власти было решено пробиваться на Дон, куда корниловцы прибыли в начале декабря 1917-го года. Здесь штабс-капитан был назначен в офицерский отряд полковника Симановского, бывшего близким другом и соратником генерала Корнилова.
Симановский прибыл в Ростов в начале зимы и сформировал собственный офицерский отряд, развернутый в четыре роты. Вскоре он был включен в состав группы генерала Черепова и до самого начала Ледяного похода сражался на Таганрогском фронте. Все это достаточно подробно описано в книге Романа Гуля «Ледяной поход».
В Гражданской войне князь Чичуа также проявил себя с самых первых дней прибывания на передовой, для него было в порядке вещей собрать человек десять офицеров и устроить рейд по тылам красных, так однажды он пробрался на станцию и планировал взорвать красный эшелон, что должно было стать сигналом для атаки, но караулы их заметили. Впрочем офицеры ушли от преследования без потерь и соединись со своими.
Это были страшные и одновременно славные дни, доходило до того, что против ста офицеров большевики бросали несколько тысяч штыков и сабель, но всякий раз добровольцы за счет дисциплины и мужества отражали атаки противника, ни разу не позволив красные изрубить свои малочисленные цепи.
После того, как атаман Назаров понял, что ему не сдержать натиск большевиков, он сообщил Корнилову о том, что больше его не удерживает на Дону, таким образом 22-го февраля начался Ледяной поход, в составе отряда Симановского князь уходил из Ростова одним из последних. Позже они также прикрывали переправу от красных.
В станице Ольгинской во время переформирования частей Добровольческой армии отряд полковника Симановского вошел в состав Корниловского полка, а Лонгин Чичуа возглавил 2-ю Офицерскую роту 1-го Офицерского батальона Корниловского полка.
Со своей 2-й ротой молодой князь геройски прошел первые бои Добровольческой армии в ходе Ледяного похода, после его смерти роту принял сослуживец Лонгина Чичуа по Первой Мировой войне капитан Миневрин, передавший свою 3-ю роту штабс-капитану Пуху.
Царствие небесное и вечная память героям Добровольческой армии, павшим в боях с большевиками за нашу и свою свободу!
Руководитель культурно-исторического проекта «Забытая Россия» Денис Романов.

Zeen is a next generation WordPress theme. It’s powerful, beautifully designed and comes with everything you need to engage your visitors and increase conversions.

Добавить материал
Добавить фото
Добавить адрес
Вы точно хотите удалить материал?